Cайт, посвященный святому Иоанну Марии Вианнею Cайт, посвященный святому Иоанну Марии Вианнею

НА ГЛАВНУЮ БИБЛИОТЕКА ССЫЛКИ


Хосе Педро Манглано

СВЯТОЙ АРССКИЙ ПАСТЫРЬ


НАЗАД     К ОГЛАВЛЕНИЮ    



14. Лучшая из матерей: Мария

В 4 года он однажды подрался со своим братом Готоном. Иоанн Мария очень расстроился и даже плакал. Мать, чтобы утешить его, дала ему деревянный образок Пресвятой Девы, который висел у них на кухне над печью. С тех пор он всегда носил его с собой. «Как я любил этот образок, – скажет он незадолго до смерти. Я не мог расстаться с ним ни днем, ни ночью, и не мог спокойно спать, не положив его рядом с собой в постель. Пресвятая Дева – моя главная привязанность. Ее я полюбил даже раньше, чем узнал».

Он любил Ее всегда. «Если бы я мог продать себя, чтобы дать Ей что-либо, я бы продался», – говорил он. В каждом доме деревушки Арс был образ Девы, подаренный им священником: на каждом из образов стояла его подпись. 1 мая 1836 года он посвятил свой приход Непорочной Деве. Немного позже по его приказу изготовили золотое сердце, которое повесили на шею статуи, которая стоит в боковой часовне церкви. Священник хотел, чтобы в это сердце заложили шелковую ленту с именами всех прихожан Арса.

«Когда он упоминал в своих проповедях Марию, Ее святость, силу и любовь, это было воистину впечатляюще», – говорили свидетели.

Что он сказал и что сделал

14.1. «Пресвятую Деву часто сравнивают с матерью, но Она самая лучшая из матерей: даже самая лучшая мать иногда наказывает свое дитя, думая, что делает ему добро. Пресвятая же Дева не поступает так: Она так добра, что всегда относится к нам с любовью.

Сердце этой доброй Матери не что иное, как любовь и милосердие, Оно желает нам только счастья. Нужно лишь склониться к Ней, чтобы Она обратила на нас внимание».

14.2. «Пресвятая Дева находится между Своим Сыном и нами. Даже если мы грешны, Она всегда полна к нам нежности и сострадания. Самый любимый ребенок у матери это тот, который стоил ей больше слез. Разве мать не всегда принимает сторону самого бедного и несчастного ребенка? А врач в больнице, разве не больше внимания уделяет более тяжелому больному?»

14.3. «Когда мы говорим о земном: бизнесе, политике и т. д., мы устаем, но говорить о Пресвятой Деве всегда, как в первый раз. Все Святые очень почитали Деву, ни одна милость не сходит с Неба, не пройдя через Ее руки».

14.4. «Нельзя войти в дом, не поговорив со швейцаром. Так вот Мария и есть этот швейцар Неба. Когда мы хотим сделать подарок какому-либо важному человеку, то всегда действуем через кого-то, кто ему приятен: так подарок понравится ему больше. Так и наши молитвы, переданные через Пресвятую Деву, имеют другой вес, так как Дева единственная, Кто никогда не обижал Бога.

Если наши руки держали что-то благоухающее, то этот аромат передается всему, чего бы мы ни коснулись. Давайте же все наши молитвы пропускать через Пресвятую Деву, чтобы Она пропитала их своим ароматом».

14.5. «Я думаю, что когда придет конец света, Пресвятая Дева будет спокойна, но пока этот мир существует, Она чувствует Себя тревожно и зависимо. Она как многодетная мать: постоянно бегает от одного своего ребенка к другому».

14.6. Также священнику нравилось использовать разные сравнения, чтобы объяснить нам, как Мария нас любит: «Сердце Марии наполнено такой нежностью к нам, что все матери в сравнении с Ней, все равно, что кусок льда».

14.7. «Человек был создан для Неба. Дьявол уничтожил лестницу, ведущую туда, а Господь страданием Своим построил нам новую. Пресвятая Дева стоит в верхнем ее конце и подпирает ее Своими руками».

14.8. «Бог мог бы создать мир более прекрасным, чем этот, но никому не мог бы дать более совершенную сущность, чем дал Марии. Она как башня, выстроенного в центре Божьего виноградника».

14.9. В ноябре 1854 года, когда Рим собирался пышно отпраздновать установление догмы о Непорочном Зачатии Девы Марии, священник из Арса тоже готовил свой скромный приход к такому торжественному событию. За несколько дней до провозглашения этой догмы, баронесса Велви услышала, как отец Вианней читал проповедь, в которой упомянул все, что сделал для Непорочной Марии. По аудитории пробежала дрожь, когда в конце проповеди он воскликнул: «Если бы я мог продать себя, чтобы дать Ей что-либо, я бы продался».

Разве приближающиеся торжества не были для нашего Святого исключительным случаем, чтобы засвидетельствовать Богородице свою 60-летнюю привязанность? Он любил Марию с детства. Став священником, он приложил все усилия для распространения Ее культа.

14.10. «“Мария, не покидай меня ни на миг, всегда будь рядом со мной”. Повернемся же к Ней с надеждой, и будем уверены, что, несмотря на все наши грехи, Она обретет милость для нашего обращения.

Мария так добра, что постоянно смотрит на сострадания грешников. Она всегда ждет того, что мы обратимся к Богу. В сердце Марии нет ничего, кроме милосердия».

14.11. «Хорошая молитва – это та, в которой мы просим Пресвятую Деву предложить Вечному Отцу Своего окровавленного и израненного Сына, чтобы просить тем самым обращения грешников. Это самая лучшая молитва, которую мы можем прочесть. Дети мои, послушайте меня: каждый раз, когда я добивался какой-либо милости, это случалось именно при помощи этой молитвы. Она никогда меня не подводила».

Его последние дни

В 1859 году, последнем в жизни священника из Арса, в его деревне побывало 100 000 паломников, пожелавших ему исповедаться. Его силы были на исходе, поэтому катехизис и проповеди в его исполнении «уже были не более, чем чередой восклицаний, которые заканчивались слезами». Он кашлял и кашлял, понять его было почти невозможно. Если из-за усталости он присаживался на стул, то с юмором говорил: «На самом деле это просто смешно!»

«Июль того года был очень жарким, и паломники часто выходили на улицу, чтобы проветриться. Но отец Вианней продолжал “собирать” души. 29 июля, охваченный лихорадкой, он все еще продолжал находиться в исповедальне. Перед проповедью он глотнул из ладони несколько капель вина. Голоса его уже не было слышно, он стоял и часто смотрел на дарохранительницу». Вечером, опираясь на руку своего помощника, он дошел до дома и у самой лестницы потерял сознание. Лежа в кровати, он попросил, чтобы его оставили одного. Пришедшие покаяться продолжали подниматься в его комнату, и он исповедовал еще нескольких из них. Затем смог только благословлять их.

2 августа он попросил последнего Причастия. «Как добр Господь! – сказал он. – Когда я не могу идти, чтобы увидеть Его, Он идет ко мне Сам». А потом заплакал: «Как грустно причащаться в последний раз».

4 августа в 2 часа ночи он умер.

Последние три года в приходе ему помогал отец Токканиер. Перед самой смертью он спросил у священника: «Если бы Бог дал вам выбор: вознестись на Небо сию же секунду или продолжать обращать грешников, что бы вы выбрали?» И священник ответил: «Я бы остался. Небо, Святые – это счастье... но они не могут “завоевывать” души для Бога, как мы, работой и страданиями».



НАЗАД     К ОГЛАВЛЕНИЮ