Cайт, посвященный святому Иоанну Марии Вианнею Cайт, посвященный святому Иоанну Марии Вианнею

НА ГЛАВНУЮ БИБЛИОТЕКА ССЫЛКИ


Вильгельм Хюнерманн

ПОБЕДИВШИЙ ДЬЯВОЛА


НАЗАД     К ОГЛАВЛЕНИЮ     ВПЕРЕД



Большое искушение (1839-1840)

Дверь в школу для мальчиков тихо отворилась.

– Отец Жан! – хором закричали все дети, вскакивая со скамеек и окружая своего настоятеля.

– Тихо! Дети! – успокаивал их священник, улыбаясь. – Я вам привел гостя. Быстро садитесь на свои места. Что подумает этот священник о мальчиках Арса?

Только теперь дети заметили молодого священника, вошедшего в класс вместе с отцом настоятелем. Шум сразу же утих, каждый вернулся на свою скамейку.

– Это отец Теляд, священник из Монпелье. Он пробудет у нас несколько недель и будет мне немного помогать. Он также будет учить вас религии, если вы будете послушными.

– А он умеет рассказывать? – спросил Бернар Матен, мальчик, которого двенадцать лет тому назад отец Вианней на руках принес в «Дом Провидения».

– Конечно, умеет. Вы увидите, что он рассказывает лучше меня.

– Не верю, – признался Жозеф Коттон, сын усадебного садовника.

– Рассказ! Рассказ! – стали требовать все дети хором.

– Сперва посмотрим, чему вы научились. Что вы сейчас делаете?

– Пишем сочинение о лаптях, – серьезным тоном ответил Бернар.

– Малыши пока еще учатся писать первые буквы, – объяснил учитель. – А поскольку это им показалось слишком трудным, они предпочитают петь.

– Петь лучше, чем писать, – заявить Пьер Трев.

– Когда я вырасту, я буду земледельцем, и мне не понадобится писать.

– Рассказ! Рассказ! – нетерпеливо добивались дети. Добрый отец настоятель не позволил долго себя упрашивать и начал рассказывать о жизни святой Филомены, юной греческой княжны, и о ее героическом мученичестве. Он описал мрачную темницу, в которую ее приказал бросить кесарь за то, что она была христианкой, хотя ей было всего тринадцать лет. Детям казалось, что они слышат звон цепей и видят палача, который тащит ее по улицам Рима, видят огненные стрелы, выпущенные в сердце мученицы. Но вот, на полпути стрелы вернулись и пронзили грудь тех, кто их выпустил.

– Ну и хорошо, – воскликнули дети. – А что дальше?.. Что потом?..

– Затем палач завел ее на эшафот, поднял свой огромный топор, молниеносно его опустил и отрубил мужественной девочке голову.

Конечно, все истории мученичества оканчивались одинаково. Но особенная боль охватывала при мысли, что бедной княжне было всего тринадцать лет.

– Она была еще маленькой девочкой, – сказал в заключение настоятель. – Вы же мальчики, но я не знаю, смогли бы ли вы так мужественно умереть за Господа Иисуса, как святая Филомена.

– А вы тоже умеете так красиво рассказывать? – недоверчиво спросил молодого священника Жозеф.

– Никто не умеет рассказывать так, как наш отец Жан, – Уверенно заявил Бернар.

– Уже пора. Мы должны идти, – сказал настоятель. – Мальчики, будьте послушными и радуйте вашего нового учителя.

Затем отец Вианней со своим собратом отправился в «Дом Провидения», где его посещение вызвало не меньшую радость, чем в школе у мальчиков.

– Земля без детей была бы как небо без звезд, – сказал настоятель по возвращении домой отцу Теляду, которого епископ прислал в помощь на тяжелые зимние месяцы.

– Как вы, должно быть, счастливы! – сказал молодой священник, с уважением глядя на отца Жана. – Сколько радости вы приносите детям, сколько поддержки и утешения даете всем тем, кто теснится у вашей исповедальни!.. – Но лицо настоятеля помрачнело, и он ответил усталым голосом:

– Не говори, мой друг, что я счастлив. Вся эта шумиха вызывает у меня тревогу. О, если бы я мог из всего этого вырваться и закончить свою жизнь где-нибудь в уединении! Бремя ответственности за такое число душ для меня слишком тяжело, и меня охватывает дрожь при мысли о том дне, когда мне придется за все это ответить.

– Но вам нечего бояться.

– В таком случае вы еще не знаете, что значит покинуть приходской дом и предстать перед Богом лицом к лицу! – ответил отец Вианней, вздыхая.

Отец Теляд оставался в приходе еще два месяца. Изо дня в день в нем возрастало почтение к настоятелю, святость которого проявлялась все более и более. Он помогал ему во всем по мере сил и возможностей: учил религии, посещал больных в отдаленных хозяйствах, произносил проповеди, крестил, спешил с последним служением к умирающим. Несмотря на это, отец Вианней с трудом находил какой-нибудь час свободного времени для дружеской беседы или короткого совместного отдыха. Его просто заливал непрестанный поток паломников, немного уменьшавшийся во время зимы.

Когда настоятель Арса не мог найти необходимого времени для уединенной молитвы перед Святыми Дарами, он испытывал невыразимую муку. Задолго перед рассветом он отправлялся в храм, где часто его уже ожидали кающиеся. Как он был счастлив, когда ему удавалось найти хотя бы минутку, чтобы преклонить колени на ступеньках алтаря и поклониться Божественному Учителю! Так он, сложив руки и не отрывая взгляда от дарохранительницы, оставался настолько погруженным в созерцание, что ему нужно было напоминать, что в часовне святого Иоанна Крестителя его ждали кающиеся. Отец Теляд прошел школу настоятеля Арса не напрасно. В меру своих слабых сил, он пробовал ему подражать, однако отец Вианней, который был так немилосерден к себе, заботливо присматривал за своим собратом.

– Мой дорогой друг, – сказал он ему однажды, когда отец Теляд спросил его о способах аскезы, – дьявола совершенно не беспокоит бич или другие орудия самоумерщвления. То, что его побеждает, – это недостаток питья, еды и сна. Ничто другое не наводит такого ужаса на дьявола, и ничто так Богу не мило. Сколько раз я сам испытал это на себе! Когда я был один и добрые девушки из «Дома Провидения» мною не занимались, я мог следовать в питании своему собственному вдохновению. Зачастую я целый день совершенно ничего не ел. Тогда я получал от Бога все, о чем просил Его для себя и других.

Когда пришло время возвращения и прощания с настоятелем Арса, у отца Теляда от грусти защемило сердце. Когда епископ Беллей спросил его, что он думает об отце Вианнее, он, не колеблясь, ответил:

– Я считаю его святым.

– Таково и мое мнение, – добавил епископ.


***

Следующий год принес необычайный наплыв паломников в Арс. Со всех уголков Франции прибывали люди, чтобы увидеть святого настоятеля и исповедовать перед ним свои грехи. Но чем больше отец Вианней вкладывал сил в то, чтобы вернуть мир другим, тем меньше его находило его собственное сердце и тем больше в нем возрастала жажда молчания и одиночества. Во время бессонных ночей он читал книгу о великих фивейских отшельниках. Как он завидовал их счастью! Какими роскошными ему казались эти скрытые уголки, где они жили и где он тоже мечтал укрыться, чтобы молиться и, выражаясь его собственными словами, чтобы «оплакивать свою бедную жизнь»!

В одну из таких ночей ему впервые пришла в голову мысль, которая в первый момент ужаснула его, но потом становилась все более навязчивой, – мысль уехать из Арса.

Но, покидая свою паству, не станет ли он наемником? Не станет ли он беглецом в глазах прихода, епископа и даже в глазах самого Господа Иисуса?

Откуда происходила эта мысль о бегстве? Действительно ли от Бога, или, может, дьявол подсовывал ее ему в таком обольстительном свете? Тщетно мучился бедный настоятель, пытаясь познать волю Божью. Напрасно призывал он своих самых возлюбленных святых и в горячей молитве складывал руки перед образом святой Филомены.

С каждым днем лицо его становилось все бледнее. Паломники удивлялись, почему священник настолько рассеян, что просит их во время исповеди повторить грехи, извиняясь, что не расслышал.

Жан Пертинан, Катрин Лассань и мсье Манди наблюдали за ним с беспокойством. Даже дети заметили в нем перемену и не раз безрезультатно просили его об интересном рассказе.

Дошло наконец до того, что, как отец Вианней ни старался, он поддался сильному искушению. Однажды ночью он проснулся около двух часов, чтобы по своему обыкновению отправиться в храм. Однако вместо этого он вышел из деревни с фонарем в руке и пошел по дороге, ведущей в Вильфранш.

Он шел в ночи, как лунатик. Свеча в фонаре, блеснув в последний раз, потухла. Его окутала непроницаемая тьма. Ни одна звезда не светила на небе.

Несмотря на это, он продолжал идти и наконец дошел до большого придорожного креста. Он никогда не проходил мимо этого знака, не поприветствовав страдающего Христа. Поэтому он опустился на колени и поклонился до земли. Какая-то необыкновенная тишина вдруг охватила священника, и в этой тишине он услышал голос Безграничной Любви:

– Куда ты идешь, Жан?

– Господи, я иду искать тебя в уединении. Прошу Тебя, позволь мне уйти.

Тогда он услышал ответ невидимого во мраке Господа Иисуса:

– Жан-Мария Вианней, ищи Меня не в уединении, а в душах, которые Мое милосердие приводит к тебе. Одна душа значит более, чем все молитвы, которые ты мог совершить в уединении. Возвращайся! Иди в свой храм. Израненные души ожидают там доброго самарянина.

Тогда настоятель Арса встал и вернулся той же дорогой, что и пришел. Он пал на колени перед дарохранительницей и поблагодарил Бога за свет, которым Он одарил его в ночном мраке.



НАЗАД     К ОГЛАВЛЕНИЮ     ВПЕРЕД